Я давно думаю о том, что нынешний русский режим представляет собой зло такого рода и такого масштаба, что дискурсивно с этим можно как-то соотноситься только при помощи евангельского словаря (см. "закон Ирода"), — и всё мне было непонятно, почему это никому из политических акторов не приходит в голову. Ну и вот. Удивительно только, что это требует, очевидно, какого-то серьёзного усилия, что этот язык воспринимается как максимально "пафосный" и требует немедленного снижения при помощи Гарри Поттера. Этого вот я не понимаю. Вообще же, кроме прочего, это, кажется, единственный способ разгромить их на дискурсивном уровне: бесы, как известно, "веруют и трепещут". Высмеять и переврать цитаты из Писания или прямые отсылки к Евангелию, не получится, — очень большая инерция, даже советская власть не преуспела. У РПЦ, при всей рептильности, есть, вероятно, свои red lines, которые в таком случае трудно будет не пересечь, — даже учитывая, что нынешняя РПЦ является продуктом конкордата 1943 года. (Другое дело, что дискурс этот должен быть как-то поддержан. Институциональная поддержка, очевидно, требует серьёзного раскола в РПЦ, что очень маловероятно. Правда, институционально — это и "хотя бы одной фигурой масштаба Попелушко", — но опять же, из нынешнего момента совершенно непонятно, как это возможно и возможно ли вообще).
thumb_up8thumb_downchat_bubble3

More from Stanislav Lvovsky

[Архивная запись: Habitat, 21 апреля 2019] В условном (т.е. таком размазанном) сообществе вдумчивых читателей книг по экономике, изданных в Советском Союзе и написанных, соответственно советскими экономистами, обмениваются рекомендациями (они же — отзывы о прочитанном). Типа: «Автор очень интересный и тема важная, но к сожалению, книга написана суконным, бюрократическим, официальным языком, из-за чего читать её местами очень трудно». Или наоборот: «Книга написана очень живо, ярко, может быть за исключением последней главы. Видно, что автор — настоящий учёный, захваченный своей темой». Читают они примерно «Законы политической экономии социализма», «Внешнюю торговлю и индустриализацию СССР» и «Развитие советской экономики», такое. Ну ещё иногда про экономическую кибернетику и про систему ОГАС. Но и тут, значит, возникают сложные различения, — because they can. Так вот, наверное, и у составителей статистических справочников можно, если долго их читать, научиться видеть нюансы: вот этот справочник составлен живо, ярко. А вот этот составлен суконно и очень бюрократически, читать, честно говоря, невозможно. То есть, я хотел сказать, электрон — так же неисчерпаем, как и атом (хотя культура, в отличие от природы, возможно, и не бесконечна).

Скриншот дня - два

129 views · Feb 6th

More from Stanislav Lvovsky

[Архивная запись: Habitat, 21 апреля 2019] В условном (т.е. таком размазанном) сообществе вдумчивых читателей книг по экономике, изданных в Советском Союзе и написанных, соответственно советскими экономистами, обмениваются рекомендациями (они же — отзывы о прочитанном). Типа: «Автор очень интересный и тема важная, но к сожалению, книга написана суконным, бюрократическим, официальным языком, из-за чего читать её местами очень трудно». Или наоборот: «Книга написана очень живо, ярко, может быть за исключением последней главы. Видно, что автор — настоящий учёный, захваченный своей темой». Читают они примерно «Законы политической экономии социализма», «Внешнюю торговлю и индустриализацию СССР» и «Развитие советской экономики», такое. Ну ещё иногда про экономическую кибернетику и про систему ОГАС. Но и тут, значит, возникают сложные различения, — because they can. Так вот, наверное, и у составителей статистических справочников можно, если долго их читать, научиться видеть нюансы: вот этот справочник составлен живо, ярко. А вот этот составлен суконно и очень бюрократически, читать, честно говоря, невозможно. То есть, я хотел сказать, электрон — так же неисчерпаем, как и атом (хотя культура, в отличие от природы, возможно, и не бесконечна).

Скриншот дня - два

129 views · Feb 6th