Constantine Muhin (MeWe) 3 hours ago Первый раз народился он травником, да таким, что к нему приходили лечиться из-за реки. Бедняки приходили, и те, кто скопил добра. Он лечил хорошо, даже плату почти не брал. Разве только по мелочи: яблоки или мёд. Говорил, что не надо, чего вы, мне лес даёт. Попрошу только лес: здравствуй, дедушка, выручай, и в корзинке уже кровохлёбка и иван-чай. А подарок оставишь для леса — тогда вообще: столько дива проявится, столько чудных вещей. Иногда возвращался усталым, ничком в кровать. Очень травника дети любили — не оторвать. А мечтал об одном постоянно, из года в год — посмотреть, как на праздники папоротник цветёт. До могилы осваивал травное ремесло, а когда он загнулся, то плакало всё село. Вспоминали тепло, пили водочку под грибы. В мире мало блаженных и светлых, но он им был. Вот на этом бы месте и кончилась сказка, но во второй раз родился шаманом и колдуном. За подкладкой носил обереги от всяких бед. С мертвецами, бывало, водился, но не робел. А его опасались: и порчу он мог, и сглаз. Даже летом хотели избушку спалить дотла. Но не стали, герои повывелись, дурней нет, только "сдохни, колдун" нацарапали на стене да ещё, от бессилья поди, отравили пса. Кто-то видел — колдун нагишом на горе плясал. Как дремучий отшельник, чужак, отселился в скит. Изучал позабытые древние языки. Если в бубен стучал на заре — начинался дождь. Когда умер проклятый — неделю стоял гудёж. А кузнец проболтался, задира и бузотёр, что колдун искал счастья, где папоротник цветёт. Вот на этом моменте закончился бы рассказ, но рассказ не закончился, значит, был третий раз. В третий раз по вселенскому промыслу и уму получился очкастый ботаник, учёный муж. Под мостами кипела свинцовым огнём Нева. Город плыл и гудел, волновался и волновал. Но, когда ускользала реальность из цепких рук, то с учёным боролся мечтатель: а вдруг, ну вдруг, хотя степень, костюмчик с легендой слегка вразрез, я в купальскую ночь без оглядки отправлюсь в лес. Прочешу его вдоль, поперёк, целиком, зато я в конце, замерев от восторга, найду цветок. Возвращался ботаник к работе, мусоля день. Про крамольные мысли не вызнал никто нигде, потому что в научных лекториях, господа, на подобные темы не принято рассуждать. Когда умер учёный, грустила его жена. И коллега Олег Синяков написал в журнал: катастрофа, потеря, талантище, молоток. А на небе сидит человек, человеку ок. Человеку крылато, и солнце в руках, и мёд, а всё хочет увидеть, как папоротник цветёт. Заиюнело. Пой же, Купала, комар — звени. Два излюбленных шага у неба: вперёд и вниз. (С)Резная Свирель
1Upvote
close
Speak freely and earn crypto.
Switch to App
Minds Take back control of your social media!