13. Один очень известный современный политик избежал виселицы и доживал свой век на даче под Подольском, поедая детей. Все, слава Богу, о нем забыли, и он мирно полол чеснок и воспитывал внука, которого ему на радость прислала из Лондона его дочь. Но годы шли и дети в округе закончились. Но наш герой, конечно, не растерялся, завёл внучка в баню, тюкнул по голове колуном и приготовил, как мог, с солью и сметаной. 12. И вот наутро выходит этот самый бывший политик на крылечко, глядь, а у калитки стоит Мишель Обама, вдова знаменитого американского президента. Привьет, говорит, Володья. Ну Володья обрадовался, отвел ее на кухню, напоил чаем, угостил внучеком. Болтают о прошлом, и тут он и спрашивает: зачем, дескать, Мишель, пожаловала, не на меня же, старика, любоваться. 11. Мишель и говорит ему: так, мол, и так, Володья, я тебя от трибунала спасла, теперь и ты мне помоги: отдай план второго метро, в котором ФСБ держит секретные документы про покушение на Собчака. — Не вопрос, — отвечает Володя, — у меня он как раз вон там на подоконнике лежит. — А еще, — говорит Мишель, — нам, американцам, нужно, чтобы ты в наших пропагандистских целях перешёл в магометанство. Ну тут Володя напрягся, но говорит: я подумаю. 10. А Мишель продолжает гнуть: но есть и третья цель у моего визита. Сама я уже старуха, мне страшно одиноко, а вокруг тебя расстилается огромная страна, и в ней живут люди, и какие люди! Тебе здесь нескучно, поди. А мне там у себя очень тоскливо. Отпусти, пожалуйста, со мной своего внука, пусть он скрасит остаток моих дней. 9. Володя выслушал Мишель и говорит: знаешь, говорит, вот я расскажу тебе историю. У нас тут в России при Екатерине Великой жила–была княжна Ольга Плечевая–Ростовская. Девица она была великого ума, невоздержанного характера и необузданных желаний. И держала она, как теперь бы сказали, садически–мазохический салон. Тогда, конечно, таких терминов не было. Пресыщенные юноши знатных дворянских родов с удовольствием приобщались к заморской забаве. 8. И служил у княжны в салоне карла; а звали его Бутурля. И вот как–то в салон попал известный граф Ш., а он, между прочим, был фаворит государыни. Граф воспользовался услугами салона и ушел, потирая ягодицы, страшно довольный, а наутро об этом узнала Ее Величество. Екатерина страшно разгневалась и вызвала княжну к себе и повелела ей в течение суток салон закрыть, а самой выйти замуж. 7. Княжна и отвечает государыне: так мол и так, Ваше Величество, но смягчите мою участь: разрешите мне венчаться тайно и о браке никому не говорить. Ну государыня помялась–помялась, но разрешила. Тогда княжна, которая замуж ничуть не хотела и всех мужчин ненавидела и презирала, пришла домой, вызвала карлу Бутурлю и ночью тайно с ним обвенчалась. 6. Вроде бы тут–то всё и устаканилось, но через пару недель Бутурля стал предъявлять жене претензии: пожелал того, что причиталось ему, как супругу. Ольга посмотрела на него, как на сумасшедшего и воскликнула в отчаянии: — Господи, как я вас всех ненавижу! Потом она зарыдала и поведала ему свою историю: когда она была маленькая, ее, оказывается, растлил отец. Потом дядя добавил. А потом брат спьяну на спор отрезал ее жениху всякую надежду на потомство. И вот с тех пор Ольга ненавидит мужчин. 5. Родовитая жена карлы вышла в сад, пошла к пруду и утопилась. Так Бутурля стал наследником огромного состояния. Через некоторое время, правда, пришел разорившийся князь Ростовский, тот самый брат покойной Ольги, который чересчур размахивал шашкой, и потребовал свою долю наследства. Тогда карла и говорит ему: послушай–ка, князь, следующую историю. 4. В средние века жил один рыцарь. И был этот рыцарь страшно беден, и все, что у него было из состояния, так это только охотничья собака, лучшая в королевстве. Все деньги, которые появлялись у рыцаря, он тратил на пропитание этой собаки. Рыцарь и собака были друзьями не разлей вода. 3. Но вот однажды этот рыцарь полюбил ужасно богатую даму и она его тоже полюбила. Он пришел к священнику и говорит: так, мол, и так, отец святой, обвенчайте нас. –Отлично, — отвечает святой отец, — с вас пять золотых. — Но у меня нету! — вскричал рыцарь. А священник ему: ну возьмите у невесты. А рыцарь: мне рыцарская честь не позволяет брать у невесты деньги. Священник: — ну тогда я не знаю. 2. Пошел тогда рыцарь на рынок и продал еврею доспехи за два золотых. Посчитал — не хватает, тогда он продал еврею оружие за еще два золотых. Но все равно на таинство не доставало одного золотого. Тогда рыцарь продал еврею свою собаку, верного друга, лучшую охотничью собаку в королевстве. После этого состоялась свадьба и довольный рыцарь вместе со своей невестой отправились на перины и обильно оросили их потом любви. 1. А когда рыцарь наутро проснулся, то он увидел, что вместо невесты его обнимает скелет. Тогда рыцарь как заорёт!.. — и история закончилась. На этом месте князь Ростовский тоже как заорёт! — и рассказ карлы закончился. На этом месте Мишель Обама как заорёт — и наш рассказ тоже подошел к концу. Пожалуйста, не предавайте своих собак, не растлевайте девиц и ни в коем случае не питайтесь детьми.
thumb_up22thumb_downchat_bubble5

More from skovoroad

Вот вы говорите научный прогресс. Два молодых человека, дворяне, бузотёры и пьяницы, поссорились из–за девицы, а она была крестьянка и вообще такая глупая, но миленькая такая печальная такая девка. Устроили дуэль, а девицу привязали к дереву — кто победит, тот и отвяжет. Оба выстрелили удачно. Пока дуэлянты корчились на земле, из лесу вышел медведь. Смотрит — женщина привязана к дереву. Она как завизжит, а он как подошёл, поднялся на задние лапы, помычал немного и обратно в лес ушёл. А барышня прямо в процессе отвязалась, но, конечно, было уже поздно. Как сказано в песнях восточных славян: "стала пухнуть прекрасная Елена". Ну, во–первых, позору не оберёшься, а во–вторых, страшно, конечно, что там может родиться после такого мезальянса. Поехала в город, к профессору. Профессор поднял крестьянку на смех, а его жена, сердобольная такая женщина, пожалела её. Ты что, говорит, Петя, не видишь — ей нужно к психиатру. А профессор говорит: о, ты права, завтра покажу её Иннокентию Филипповичу. Попала крестьянка в частную психиатрическую клинику и там родила антинаучного медвежонка. Со всего мира приезжают различные научные светила, чтобы изучить этот феномен поближе. К пяти годам медвежонок научился читать, писать, играть на рояле и пить горькую. Вполне сносно говорил по–русски, по–немецки и по–французски. Но самое поразительное, что крестьянка уже на третьем году жизни в городе родила ещё двоих медвежат, хотя из клиники ни разу не выходила и никаких внешних сношений иметь не могла. Когда же на седьмом году появился четвёртый медвежонок, Иннокентий Филиппович задумался, сходил и сдал анализы на медведя. И точно: оказывается, медведь передаётся половым путём. За это открытие учёный получил мировое признание. Но цена научного подвига была слишком высока: к тому времени медведем оказались заражены жена Иннокентия Филипповича, его ассистент, две дочери, кухарка и сторож. После этого случая дуэли запретили, а цирк наоборот.
Маленький Витя Шкловский, ну тот самый, будущий академик, шёл на покос, нёс отцу молока попить. И надо же было тому случиться: мимо проезжала бричка, в которой сидел граф Толстой. Граф Толстой по своему обыкновению ухватил парнишку за ухо, поднял в бричку, отвез к себе в поместье и выучил его там грамоте. Молоко и прокиснуть не успело. Опосля граф отпустил парнишку на свободу, а сам укатил на бричке а Европу учить англичан тачать сапоги. В деревне же, в которой проживал будущий академик, не было никаких книг. Оттого-то талантливый мальчик вместо того, чтобы читать, начал писать. Однако о чем же писать? Витя почесал репу и аккуратно вывел на куске обоев слово "блядь". Результат труда превзошел все ожидания: слово можно было читать, и даже вслух. Витя широко улыбнулся и посмотрел в глаза проходящему мимо гусю. Сначала в левый, а после и в правый. Днями и ночами Шкловский старательно писал. Сочинения его, впрочем, представляли собой преимущественно бессвязный поток сознания, переполненный образами, связанными с богохульством, дефекацией, общественно непризнанными сексуальными практиками и отчасти оскорблением государственных святынь. Соседи шушукались, отец пугался, а мать, хотя и ворчала, втайне гордилась необычным увлечением сына. Содержания витиных писаний они, разумеется, не знали, а спросить как–то не догадывались. Вечерами мальчик писал, а утрами с огромным удовольствием перечитывал написанное. Не всё коту пудреница. О занятиях будущего академика узнал деревенский поп. Он вызвал Витьку-писарёнка к себе и божественным басом приказал предъявить свои сочинения. Витя принёс попу ворох бумаги и мысленно попрощался с жизнью. Отец запорет насмерть, справедливо рассудил мальчик. Однако, к удивлению юного писателя, прочтя первые же абзацы, поп добродушно рассмеялся, а отхохотавшись, повелел приходить со своими сочинениями ежедневно. Два года поп и Витя жили душа в душу. Поп, насколько позволяло образование, развивал мальчика, а также и сам многому у него учился. Он растолковал Вите, как слагать стихи, приобщил мальчика к содомскому греху, а также приучил пить горькую. Но идиллия не была долга. С грохотом подступало новое время. И вот уже евреи сделали революцию, и вот уже разлетелась по стране гражданская война, и вот уже молодая советская власть как–то случайно повесила попа. Наступила эра ликвидации безграмотности. И тут выяснилось, что в деревне есть единственный грамотный человек. Шкловский-то и стал главным ликбезовцом. Вечерами после работы Виктор собирал местных ребят и учил их всему, что знал сам: писать богохульную похабщину да долбиться под хвост. Необоримая жажда знаний охватила деревенскую молодёжь. Творчество - вот какой девиз овладел умами. И вот уже слух о ребятах разошёлся по всей России. В скором времени для обмена опытом приехал комиссар из самого Питера. Он привёз ведро кокаина, и Шкловский понял: нужно ехать учиться в город. На скорую руку расстреляв родителей всех своих учеников, Виктор отправился на станцию. Дальнейшее хорошо известно: Шкловский уехал, сделал карьеру, был репрессирован, реабилитирован и канонизирован, а сельское хозяйство осталось стоять где поставили. И мы с вами — потомки тех людей, которые собственными руками поднимали страну из руин, и мы не должны забывать свою историю, свои корни, духовные основы своего существования.

More from skovoroad

Вот вы говорите научный прогресс. Два молодых человека, дворяне, бузотёры и пьяницы, поссорились из–за девицы, а она была крестьянка и вообще такая глупая, но миленькая такая печальная такая девка. Устроили дуэль, а девицу привязали к дереву — кто победит, тот и отвяжет. Оба выстрелили удачно. Пока дуэлянты корчились на земле, из лесу вышел медведь. Смотрит — женщина привязана к дереву. Она как завизжит, а он как подошёл, поднялся на задние лапы, помычал немного и обратно в лес ушёл. А барышня прямо в процессе отвязалась, но, конечно, было уже поздно. Как сказано в песнях восточных славян: "стала пухнуть прекрасная Елена". Ну, во–первых, позору не оберёшься, а во–вторых, страшно, конечно, что там может родиться после такого мезальянса. Поехала в город, к профессору. Профессор поднял крестьянку на смех, а его жена, сердобольная такая женщина, пожалела её. Ты что, говорит, Петя, не видишь — ей нужно к психиатру. А профессор говорит: о, ты права, завтра покажу её Иннокентию Филипповичу. Попала крестьянка в частную психиатрическую клинику и там родила антинаучного медвежонка. Со всего мира приезжают различные научные светила, чтобы изучить этот феномен поближе. К пяти годам медвежонок научился читать, писать, играть на рояле и пить горькую. Вполне сносно говорил по–русски, по–немецки и по–французски. Но самое поразительное, что крестьянка уже на третьем году жизни в городе родила ещё двоих медвежат, хотя из клиники ни разу не выходила и никаких внешних сношений иметь не могла. Когда же на седьмом году появился четвёртый медвежонок, Иннокентий Филиппович задумался, сходил и сдал анализы на медведя. И точно: оказывается, медведь передаётся половым путём. За это открытие учёный получил мировое признание. Но цена научного подвига была слишком высока: к тому времени медведем оказались заражены жена Иннокентия Филипповича, его ассистент, две дочери, кухарка и сторож. После этого случая дуэли запретили, а цирк наоборот.
Маленький Витя Шкловский, ну тот самый, будущий академик, шёл на покос, нёс отцу молока попить. И надо же было тому случиться: мимо проезжала бричка, в которой сидел граф Толстой. Граф Толстой по своему обыкновению ухватил парнишку за ухо, поднял в бричку, отвез к себе в поместье и выучил его там грамоте. Молоко и прокиснуть не успело. Опосля граф отпустил парнишку на свободу, а сам укатил на бричке а Европу учить англичан тачать сапоги. В деревне же, в которой проживал будущий академик, не было никаких книг. Оттого-то талантливый мальчик вместо того, чтобы читать, начал писать. Однако о чем же писать? Витя почесал репу и аккуратно вывел на куске обоев слово "блядь". Результат труда превзошел все ожидания: слово можно было читать, и даже вслух. Витя широко улыбнулся и посмотрел в глаза проходящему мимо гусю. Сначала в левый, а после и в правый. Днями и ночами Шкловский старательно писал. Сочинения его, впрочем, представляли собой преимущественно бессвязный поток сознания, переполненный образами, связанными с богохульством, дефекацией, общественно непризнанными сексуальными практиками и отчасти оскорблением государственных святынь. Соседи шушукались, отец пугался, а мать, хотя и ворчала, втайне гордилась необычным увлечением сына. Содержания витиных писаний они, разумеется, не знали, а спросить как–то не догадывались. Вечерами мальчик писал, а утрами с огромным удовольствием перечитывал написанное. Не всё коту пудреница. О занятиях будущего академика узнал деревенский поп. Он вызвал Витьку-писарёнка к себе и божественным басом приказал предъявить свои сочинения. Витя принёс попу ворох бумаги и мысленно попрощался с жизнью. Отец запорет насмерть, справедливо рассудил мальчик. Однако, к удивлению юного писателя, прочтя первые же абзацы, поп добродушно рассмеялся, а отхохотавшись, повелел приходить со своими сочинениями ежедневно. Два года поп и Витя жили душа в душу. Поп, насколько позволяло образование, развивал мальчика, а также и сам многому у него учился. Он растолковал Вите, как слагать стихи, приобщил мальчика к содомскому греху, а также приучил пить горькую. Но идиллия не была долга. С грохотом подступало новое время. И вот уже евреи сделали революцию, и вот уже разлетелась по стране гражданская война, и вот уже молодая советская власть как–то случайно повесила попа. Наступила эра ликвидации безграмотности. И тут выяснилось, что в деревне есть единственный грамотный человек. Шкловский-то и стал главным ликбезовцом. Вечерами после работы Виктор собирал местных ребят и учил их всему, что знал сам: писать богохульную похабщину да долбиться под хвост. Необоримая жажда знаний охватила деревенскую молодёжь. Творчество - вот какой девиз овладел умами. И вот уже слух о ребятах разошёлся по всей России. В скором времени для обмена опытом приехал комиссар из самого Питера. Он привёз ведро кокаина, и Шкловский понял: нужно ехать учиться в город. На скорую руку расстреляв родителей всех своих учеников, Виктор отправился на станцию. Дальнейшее хорошо известно: Шкловский уехал, сделал карьеру, был репрессирован, реабилитирован и канонизирован, а сельское хозяйство осталось стоять где поставили. И мы с вами — потомки тех людей, которые собственными руками поднимали страну из руин, и мы не должны забывать свою историю, свои корни, духовные основы своего существования.