I suppose I can call myself a cinephile in disguise*, but only two filmmakers have a special place in my life, and they are Tarkovsky and Bergman (yeah, I am *that* old-fashioned, sorry, lol). I’ve written about both of them extensively; I was lucky enough in my life to work with people who knew everything (and even slightly more) about cinema, and we even made a good book about that once.** I grew up with Tarkovsky: my parents loved him and Buñuel. Dad told me the story of him and Mum catching “Le Charme Discret de la Bourgeoisie” almost from the beginning at a hotel in East Berlin: they couldn’t stop watching it till the very end and talked about it long afterwards. I grew up with “The Mirror” and “Solaris”; as a teen, I saw “Nostalgia,” “Andrei Rublev,” and “Ivan’s Childhood,” but “Solaris”—with its long shots of empty spaces of the half-abandoned station, its rain and fog and tragedies — was my compendium. As a student, I started watching Bergman and Pasolini, and my reflections on Bergman’s films—“The Seventh Seal,” “Wild Strawberries,” “Persona,” “Cries and Whispers,” “Scenes from a Marriage”—were meditations on my own life that suddenly became more complex and contemplative. I felt like I became for a moment Knight Block and Victor Sjöström’s character, old Professor Borg, all the sisters from “Cries and Whispers,” Liv Ullman’s restless soul from all her impersonations—they all were me, all my faces (and masks). Bergman knew everything about the fear of the unknown, which HPL defined as the most powerful human emotion: that is why Bergman’s magnum opus, “Fanny and Alexander,” is an encyclopaedia of questioning fear, accepting fear, dealing with fear on regular basis. Fear without love and death is motionless, Bergman says. Fear mixed with love is mystery, he continues. Fear without death is useless, he insists. And I agree, I do. Once, while Bergman was still alive, I wanted to write him a letter. Not an e-mail: I wasn’t even sure whether he or his secretary (did he even have a secretary? I don’t know) used email—but a physical letter. A friend of mine asked, “Ok, good, do you want to send it just like that? Like Chehkov’s Vanka with the address “To grandfather in the village, Konstantin Makaritch”?” I laughed and told him that I didn’t know. But that was actually a brilliant idea, to write something like, “To Ingmar Bergman, Fårö.” Would he get it? Who knows? He died right after I bought his “Laterna Magica” (since then, it’s travelled with me everywhere), and now I can ask him about everything directly: through his films, in my head. ______________ * Of sorts: although, I am too oblivious to the vast majority of what is going on in cinema right now, which is sad, but ah well ** Dovzhenko’s Diaries

thumb_up8thumb_downchat_bubble

More from Elena Tchougounova-Paulson

#CambridgeChronicles #MannaDew Когда я говорю, что зимний Кембридж выглядит сказочно, вот что я имею в виду. Corpus Christi College сегодня.

157 views · Feb 8th

#HorrorChronicles (как бы) Снова решила пересмотреть под настроение «Лангольеров» (да, меня до сих пор умиляют первобытные CGI: они добавляют кинговской истории какой-то особой достоверности) и подумала вдруг о том, что аэропорт Денвера™ (notorious Denver airport), напичканный конспирологией снизу доверху, как свежеиспеченная булка изюмом, отлично же подойдет для геолокации заблудившихся во времени путешественников. • На подъезде к аэропорту их встретит аццкий синий конь Блюцифер, исполненный горящих красных очей (статуй из стекловолокна известен еще и тем, что угробил своего создателя, свалившись ему на голову аккурат перед торжественной установкой). • Внутри здания их будут поджидать горгульи*, сидящие сычом на чемоданах, а также огромные панно веселеньких расцветок с жутковатыми детьми и нацистским офицером в противогазе, который пытается заколоть штыком валяющегося у его ног голубя мира. • В поисках остальных людей путешественники обязательно наткнутся на памятную плиту, заложенную в честь открытия аэропорта, где черным по белому (или наоборот?) написано, что он был построен благодаря усилиям “New World Airport Commission”, которой официально не существует в природе (но мы-то с вами понимаем, кнчн), и все это дело деликатно украшено масонским циркулем (ну а чем еще-то: ничто человеческое Иллюминатам и Добрым Рептилоидам не чуждо, в конце концов). • У странников также появится уникальная возможность побродить по аэропортовским катакомбам, которые, по слухам, уходят на глубину, равную десятиэтажному дому. Собственно, после всего этого лангольеры покажутся им наименьшей из возможных проблем. И Кингу пора писать новую историю, конечно (а может, он и уже: не все ж описывать Бангор). ____________ * Шалость удалась: горгульи теперь разговаривают с пассажирами человеческими голосами, и весьма остроумно. Вообще, надо отдать должное в̶ы̶ж̶и̶в̶ш̶е̶й̶ администрации: она использует конспирологический статус аэропорта по максимуму.

184 views · Feb 8th

Godwin’s law: practice for beginners

204 views · Feb 7th

More from Elena Tchougounova-Paulson

#CambridgeChronicles #MannaDew Когда я говорю, что зимний Кембридж выглядит сказочно, вот что я имею в виду. Corpus Christi College сегодня.

157 views · Feb 8th

#HorrorChronicles (как бы) Снова решила пересмотреть под настроение «Лангольеров» (да, меня до сих пор умиляют первобытные CGI: они добавляют кинговской истории какой-то особой достоверности) и подумала вдруг о том, что аэропорт Денвера™ (notorious Denver airport), напичканный конспирологией снизу доверху, как свежеиспеченная булка изюмом, отлично же подойдет для геолокации заблудившихся во времени путешественников. • На подъезде к аэропорту их встретит аццкий синий конь Блюцифер, исполненный горящих красных очей (статуй из стекловолокна известен еще и тем, что угробил своего создателя, свалившись ему на голову аккурат перед торжественной установкой). • Внутри здания их будут поджидать горгульи*, сидящие сычом на чемоданах, а также огромные панно веселеньких расцветок с жутковатыми детьми и нацистским офицером в противогазе, который пытается заколоть штыком валяющегося у его ног голубя мира. • В поисках остальных людей путешественники обязательно наткнутся на памятную плиту, заложенную в честь открытия аэропорта, где черным по белому (или наоборот?) написано, что он был построен благодаря усилиям “New World Airport Commission”, которой официально не существует в природе (но мы-то с вами понимаем, кнчн), и все это дело деликатно украшено масонским циркулем (ну а чем еще-то: ничто человеческое Иллюминатам и Добрым Рептилоидам не чуждо, в конце концов). • У странников также появится уникальная возможность побродить по аэропортовским катакомбам, которые, по слухам, уходят на глубину, равную десятиэтажному дому. Собственно, после всего этого лангольеры покажутся им наименьшей из возможных проблем. И Кингу пора писать новую историю, конечно (а может, он и уже: не все ж описывать Бангор). ____________ * Шалость удалась: горгульи теперь разговаривают с пассажирами человеческими голосами, и весьма остроумно. Вообще, надо отдать должное в̶ы̶ж̶и̶в̶ш̶е̶й̶ администрации: она использует конспирологический статус аэропорта по максимуму.

184 views · Feb 8th

Godwin’s law: practice for beginners

204 views · Feb 7th