Деникин (7 лет) - Мам, а что такое «шпицбрейгель»?
thumb_up8thumb_downchat_bubble3

More from OlgaTurkunova

Вдогонку еще пару слов. У моей подруги на работе коллегу замели. Он просто живет в центре, вышел из дому в приятных размышлениях, где бы глотнуть имбирного латте, еще даже ничего не началось, только отряды омона маршировали по улицам. Товарищ пискнуть не успел, как от строя отпочковались штук пять космонавтов, быстренько заломили ему руки и отвели в полосатый автобус за углом. Он чего-то там пищал, но, понятно, его упаковали и дальше как у всех. 10 часов в автобусе, потом 40 часов без еды и питья в какой-то кутузке, не помню, где точно. Есть еще подробности, но они уже не имеют значения. Нет, не били, мешков на голову не надевали, просто продержали без связи неизвестно где в сумме двое суток. Зачем-то отобрали у всех часы, очки и верхнюю одежду. Я даже не об этом, все прелести уже живописали золотыми перьями. Товарищ, оказавшись в теплом кругу друзей, трясущимися губами повторял: да чтоб я... да я больше из дому не выйду, если там еще чего, да я вообще... А вы говорите, чувство собственного достоинства. Я, кстати, не знаю, может, он замечательный человек. И не знаю, как бы я себя повела, никогда не была в такой ситуации.

More from OlgaTurkunova

Вдогонку еще пару слов. У моей подруги на работе коллегу замели. Он просто живет в центре, вышел из дому в приятных размышлениях, где бы глотнуть имбирного латте, еще даже ничего не началось, только отряды омона маршировали по улицам. Товарищ пискнуть не успел, как от строя отпочковались штук пять космонавтов, быстренько заломили ему руки и отвели в полосатый автобус за углом. Он чего-то там пищал, но, понятно, его упаковали и дальше как у всех. 10 часов в автобусе, потом 40 часов без еды и питья в какой-то кутузке, не помню, где точно. Есть еще подробности, но они уже не имеют значения. Нет, не били, мешков на голову не надевали, просто продержали без связи неизвестно где в сумме двое суток. Зачем-то отобрали у всех часы, очки и верхнюю одежду. Я даже не об этом, все прелести уже живописали золотыми перьями. Товарищ, оказавшись в теплом кругу друзей, трясущимися губами повторял: да чтоб я... да я больше из дому не выйду, если там еще чего, да я вообще... А вы говорите, чувство собственного достоинства. Я, кстати, не знаю, может, он замечательный человек. И не знаю, как бы я себя повела, никогда не была в такой ситуации.